Всенародный акын земли

«Всенародный акын земли» - так называл Пушкина великий акын казахской степи Жамбыл.
Гений Пушкина удивительно многогранен. Выражая в своих творениях сущность «русского духа», он вместе с тем выражал и общечеловеческое. Больше того, пушкинский гений обладал удивительным , поистине редкостным даром: он умел проникнуться духом другого народа. «Песни западных славян», «Подражание Корану», «Цыганы», «Бахчисарайский фонтан» - яркое тому подтверждение. Он был открыт всему миру, и весь мир отвечает ему взаимностью, не считая его чужим и чуждым. Имя Пушкина так же дорого и близко казахам, как и другим народам.
В 2009 г. исполнилось 210 лет со дня рождения А.С. Пушкина, выдающегося русского поэта 19 века.
2006 г. был объявлен Годом Пушкина в Казахстане, в России  - Годом Абая. Имена этих гениев стали визитными карточками двух великих культур, двух народов, исторически и объективно живущих в добром соседстве, в дружбе и мире.
В 2003 г. исполнилось ровно 170 лет одному из знаменательных событий – поездке титана мировой поэзии А.С. Пушкина по казахским степям. Следует заметить, что этот факт выходит далеко за рамки понятия «литература» и свидетельствует о глубине корней культурных взаимоотношений между двумя народами.
В творчестве А.С. Пушкина особое место занимала историческая тематика, о чем свидетельствуют такие произведения, как трагедия «Борис Годунов», повесть «Арап Петра Великого», поэма «Полтава». И вот в январе 1833 г. он задумал написать повесть о Шванчине М.А. (1755-1802), сыне петербургского гвардейского офицера, крестнике императрицы Елизаветы Петровны, который в чине подпоручика 2-го Гренадерского полка 8 ноября 1773 г. попал в плен к предводителю крестьянского восстания Е.И. Пугачеву и в течение нескольких месяцев «со всеусердием» служил в штабе мятежников в должности переводчика. Из этого замысла впоследствии выросла историческая повесть «Капитанская дочка». Но в ходе работы его интересы сосредотачиваются на личности самого Емельяна Пугачева, и поэт задумывает написать историческую работу о мятежнике. 25 марта 1833 г. А.С. Пушкин начал первую главу своего исторического труда «История Пугачева», а 22 мая черновая редакция была уже готова. Это был краткий полуконспективный очерк, написанный на основе литературных и архивных источников, доступных ему. Очерк в течение всего 1833 г. и начала 1834 г. существенно дополнялся и исправлялся. Для того чтобы эта работа была более полной и достоверной, он затевает поездку по пугачевским местам.
В одном из писем И. Тургеневу Пушкин шутливо писал, что стал историографом Пугачева. Пушкин – один из первых писателей, обратившихся к пугачевской теме. Он первый, кто убедил царя в необходимости писать о Пугачеве и получил на это разрешение.
Как известно из истории, Пугачевское восстание вспыхнуло в 1773 г. на берегу реки Жаик. Первое выступление восставших датируется 17 сентября. После жестокого подавления движения в 1775 г., казни его предводителя на Красной площади в Москве Екатерина Вторая наложила строжайший запрет на данную тему. Запрещалось не только упоминать о событиях 1775 г., но и произносить имя Пугачева. Именно по велению императрицы название деревни, светлой реки Жаик (Яик) было стерто со всех документов и карт.Река стала именоваться Уралом, а чуть позднее городок Яицк – Уральском.
Начал свое путешествие А.С. Пушкин с г. Оренбурга. В течение двух суток (18-20 сентября) Пушкин был гостем губернатора графа Перовского, причем большую часть времени провел в тесном общении с прославленным писателем, великим фольклористом В.И. Далем. Об этом свидетельствуют воспоминания самого Даля:
«Пушкин прибыл нежданный и нечаянный и остановился в загородном доме у военного губернатора В. Ал. Перовского». Безусловно, Даль оказал Пушкину в его исследовательской работе огромную помощь. В то время в Оренбурге еще жило немало старцев, своими глазами видевших в детстве восстание Пугачева Даль организовал встречу со многими из них.
Особенно важной заслугой Даля представляется его совет Пушкину посетить Уральск. Утром 20 сентября А.С. Пушкин выехал в г. Уральск, направляясь по правому берегу реки Урал; через крепость Рассыпную и прибрежные казачьи форпосты. Вечером 21 сентября он прибыл к месту назначения. Поэта встретил начальник казачьего войска полковник В.О. Покатилов и устроил его в доме наказных атаманов.
22 сентября Александр Сергеич побывал в старой части Уральска – в бывшем центре Яицкого городка, посетил собор Михаила Архангела, где раньше созывался казачий круг. Уральцы показали Пушкину каменный дом атамана, где во время восстания жил Пугачев. Именно в этом доме состоялась их свадьба с Устиньей Кузнецовой, 17-летней казачкой. Поэт осмотрел и здание бывшей военной канцелярии, где содержали арестованного Пугачева вплоть до отправления его в Москву.
Пушкин встречался и беседовал со свидетелями событий пугачёвского восстания.
В своих письмах Пушкин часто с удовлетворением повторяет, что поступил правильно, посетив Уральск, и это связано в первую очередь с воспоминаниями очевидцев восстания. Особенно интересными, содержательными, полными конкретных деталей образа Пугачева оказались рассказы 80-летнего Якова Овчинникова, 88-летнего Степана Солодоникова, 74-летнего Никиты Маденова. Только одной фразы Пугачева «Улица моя тесна», услышанной от Михаила Пьянова, было достаточно, чтобы Пушкин осознал всю глубину трагедии вождя бунтарей, тупиковость, безысходность ситуации в которой он оказался. О многом заставлял думать писателя и тот факт, что немало людей, которым было уже далеко за 80, продолжали верить в то, что Пугачев на самом деле является императором Петром Третьим.
Пробыв в городе два дня, 23 сентября Пушкин уехал из Уральска.
В путешествии по степи поэт увлекается историей казахского народа, процессом становления национального самосознания, пристально вглядывается в далекое прошлое казахов.
Впоследствии Пушкин на первой странице «Истории Пугачева» так описывает эти края: «… Слева простираются печальные пустыни, где кочуют орды диких племен, известных у нас под именем киргиз-кайсаков». Поэт систематически возвращается к теме казахской степи и казахского народа, тонко анализирует события того лихолетья, уточняет участие казахов в пугачевском восстании.
В этой поездке Александр Сергеевич, влюбленный в народное творчество, близко познакомился с казахскими сказителями и жырау, а также с замечательным казахским эпосом «Козы-Корпеш и Баян-Сулу», которую он попросил записать своих спутников.
Это внимание к народному творчеству казахов позволяет нам говорить о том, что если бы не безвременная кончина поэта, мы, возможно, имели бы великолепную поэму на сюжет знаменитого народного памятника. «Нахождение записи казахского предания в бумагах Пушкина,- пишет Л. Модзалевский,- еще одно доказательство того, что ему «дороги были трудящиеся всех национальностей, дорог был каждый язык, каждая культура».
С какими мыслями Пушкин уехал из степи? Настроение поэта тех дней очень точно передает последнее предложение «Капитанской дочки»: «Я был в восторге, но странное чувство омрачало мою радость».
Поездка по казахской земле не осталось бесследной. Она помогла Александру Сергеевичу наполнить конкретикой исторический труд "История Пугачёва" и написать повесть "Капитанская дочка".
Казахи впервые «открыли» для себя Пушкина в 1889 году, благодаря переводам Абая (отрывки из «Евгения Онегина»). Великий казахский поэт глубоко проник в дух подлинника, и поэтому переводы пушкинских стихов были восприняты современниками как свое, родное. Переводы произведения Пушкина способствовали становлению Абая-поэта и философа. Абай переводил только то, что было близко его душевным переживаниям и мыслям. Его переводы отличаются оригинальностью и умением сделать стихи поэта другого народа близкими и понятными сердцам своих соотечественников. Больше того, Абай, развивал эту линию, полностью от себя пишет «Предсмертное слово Онегина». Великий казахский поэт не только переводил отрывки из «Евгения Онегина», но и к некоторым из них написал музыку, что позволило юношам и девушкам объясняться в любви стихами из писем Онегина и Татьяны.
Переводы своего великого учителя широко популяризировали среди слушателей его ученики: Баймагамбет, Кокпай, Арип, Куат и другие. Вслед за Абаевскими переводами в 1903 году вышел в Казани вольный перевод «Капитанской дочки», осуществленный М. Бегимовым. Казахскому читателю стали доступны в рукописном варианте стихи А. Пушкина: «Зимняя дорога», «Буран», «Пророк».
В 1935 году отдельными книгами вышли «Кавказский пленник» и «Цыганы» в переводе казахского поэта Т. Жарокова.
В 1937 году, в связи со столетием гибели гениального русского поэта , был издан трехтомник Пушкина на казахском языке. В первый том вошли стихи и поэмы, во второй – драматические и прозаические произведения, в третий – варианты перевода повести «Дубровский». Выход трехтомного собрания произведений великого русского поэта, в издании которого принимали участие ведущие казахские писатели и поэты , убедительно свидетельствовал в то время о несомненных успехах казахских переводчиков.
Следует отметить, что казахский читатель впервые смог тогда познакомиться с вольнолюбивыми стихами Пушкина: «Арион», «Анчар», «Послание в Сибирь», «К Чаадаеву», «Памятник».
В 1975 году увидел свет двухтомник сочинений русского поэта. В первый том вошли поэтические произведения (стихи, поэмы, сказки, «Евгений Онегин»), во второй – проза Пушкина («Арап Петра Великого», «Повести Белкина», «Капитанская дочка», «Дубровский», и др.). В этом издании уделялось внимание качеству переводов.
Разумеется этим не ограничивается издание произведений Пушкина на казахском языке. А впереди еще более серьезная работа, ибо мир А.С. Пушкина поистине неисчерпаем, безграничен.
Пушкин – «начало всех начал» - весь устремлен в будущее. Он глубоко русский национальный поэт и вместе с тем – поэт планетарного масштаба.

 

Литература:
Абдрахманов С. "...поехал я в Уральск": о пребывании А. С. Пушкина в Западном Казахстане// Казахстанская правда һttp://www.kazpravda.kz.- 2006. - 10 февр. - С. 18;
Кузнецова Т. В. "Всенародный акын земли"/Кузнецова Т. В.// Книголюб.- 2006. - N 6. - С. 34-35;
Самигулин И.     А.С.Пушкин в Казахстане// Столичное обозрение.- 1999.-28 мая.- С.19;

Нысаналин А. «Свидание со степью» 158-172 с. // Параметры: литературно-критические статьи / А. Нысаналин. - Алма-Ата: Жазушы, 1983.- 208 с.

наверх